Человечество навигаторов, играющих на монохорде

Чудновский Ю.: Добрый день.

Хотел бы напомнить, что в последнее время мы собираемся не в формате «FFF», поскольку тему будущего мы для себя закрыли. Мы собираемся в формате «Института Человечества».

И предметом нашей работы теперь является человечество и институт, который здесь организовывается.

Об этом мы договорились в первый день после каникул и с этого момента придерживаемся темы и движемся в этом направлении.

Что такое направление Человечество сказать трудно, но поэтому и интересно.

Теперь, пожалуйста, Тарас Бебешко.

Бебешко Т.: Я сразу начну с того, что человечеств много, оно не одно.

Недавно, в связи с готовившимся разговором на сегодня, я познакомился с очень интересной традицией, исследованием которой мы собираемся заниматься в рамках Института Человечества. Эта традиция показала еще один аспект того самого мыслящего человечества. Для меня это не было неожиданностью. Наверное, оно появилось потому что, что-то подобное искалось и что-то подобное хотелось услышать.

Некоторые из вас, которые присутствовали на наших прошлых диалогах, слышали, что время от времени у нас начинала подниматься тема навигации и навигаторов.

Эта тема меня очень давно интересует. И сегодняшний мой рассказ, в какой-то мере, будет основан на тех традициях, с которыми мне удалось познакомиться.

Из зала: Можно сразу вопрос? Что значит человечество не одно? Что вы вкладываете в этот смысл? И навигация это по человечествам, между человечествами, вы имеете ввиду?

Бебешко Т.: Человечество не одно. Человечеств много. Существуют общие критерии, когда мы говорим о человечестве, как о мыслящем. Но, в то же время, мыслить можно в разных направлениях.

В отношении навигации, это немного сложнее. Я более детально об этом расскажу во время моего выступления.

В истории и на практике, были цивилизации, которые были иными. В частности, цивилизация, которая появилась в тихоокеанском регионе, по разным оценкам от трех тысяч лет до двух тысяч лет назад — это цивилизация морских путешественников. Они себя называли — «те, которые находят свои пути».

Считалось, что основная благодетель мужчины не творение, не создание некого мира у себя в селении или в том месте, где они живут, а нахождение путей между островами.

Было очень много теорий. Например, Тур Хейердал говорил о том, что весь Тихий океан заселился с Латинской Америки. Но на самом деле, и генетические исследования и культурологические, показывают, что они все пришли из юго-восточной Азии.

Важно, что основная благодетель — поиск пути. Не сама цель. Не сам тот остров, к которому ты в конечном итоге приходил, и за тобой шли другие, которые его заселяли, обживали, обустраивали и так далее. А нахождение пути. Нахождение навигатора между небом и океаном. Или, мы можем сказать, между небом и землей. Причем никто из них не знал карт. Более того, сознательно карты не рисовались.

В 60-х годах начали снимать фильм про тихоокеанскую цивилизацию, про Тихий океан. Авторы фильма пришли к одному из оставшихся на то время навигаторов с просьбой нарисовать хоть одну карту.  Навигатор на песке, из камушков, начал раскладывать карту, по памяти. Он разложил более тех тысяч островов, которые он знал, знал пути к ним. И когда, то, что он выложил, наложили на современную карту, все совпало с удивительной точностью. Практически до миллиметра.

Поэтому я хочу выдвинуть очень важный тезис: говоря о множественности человечеств, помимо того, что часть человечества стремится к «инкапсюляции», к закрытости и «обживанию» внутри себя, вторая часть стремится к вечной экспансии во вне. Есть, по крайней мере еще одно человечество, которое ищет пути. Вопрос не в экспансии. А в нахождении самого пути.

Вопрос не в том, чтобы открыть новый ресурс, или его приблизить к своему основному, центральному месту жительства, нет. Путь – как сама цель. Поэтому я выдвигаю мысль о том, что есть человечество, для которого путь и поиск путей, является основой их существования.

Чудновский Ю.: Вопрос. А почему это не разные фокусы единого человечества, а разные человечества?

Бебешко Т.: Постараюсь ответить. Если рассматривать с фокуса сознательности или осознанности, да, каждый из этих путей, выбор их исследования тому или иному выбору, это есть фокус. Однако, многое что происходило, было основано на чувствовании. Неосознанном чувствовании. Следовании неосознанному. Некому зову свыше.

У Полинезийцев существует замечательная легенда, как появилась навигация. Она появилась на культе смерти, потому что первой кто изобрел навигацию, по их мнению, была богиня, которая это сделала с одной учебной целью.

Она передвигалась от острова к острову и уничтожала все живое. Она двигалась, двигалась, пока не достигла какого-то острова. Наверное, у нее было какое-то поэтическое настроение, и первой девушке которую она увидела, она сказала: «Накормите меня, не убью, а научу навигации». Люди обманом сделали так, что она наелась. И она научила навигации. Но потом островитяне ее сами убили. Они задарили ее дарами. Когда богиня собралась двигаться дальше, островитяне собрали весь батат и весь кокос со всего острова, нагрузили в большие тюки и привязали к ней на спину. Богиня полетела на другой остров. Посреди дороги ей не хватило сил, она упала и утонула. Все это было изначально задумано таким образом, чтобы ее убить.

Никитин В.: Вполне возможно, что не разные цивилизации, а разные стадии. Потому что христианство начиналось с идеи пути. Церковь, это церковь странствующая. Новая карта была нарисована путями паломников. В рамках паломничества не существовало ничего в мире, кроме нескольких точек, между которыми имело смысл ходить.

Бебешко Т.:  В этом проблема с христианством.

Никитин В.: Я про идею странствия.

Бебешко Т.: Это не странствие. Вы сами сказали, что существовало в мире несколько точек, между которыми имело смысл ходить. В варианте с навигаторами конечная цель не имела смысла. Не в ней был смысл. Смысл был в перемещении, нахождении пути.

Никитин В.: У паломников смысл был не посетить эти точки, а за счет этого найти путь. И греческая цивилизация, средиземноморская, тоже начиналась со странников.

Бебешко Т.: Странники —  это немножко другое.

Никитин В.:  Есть еще и кочевники.

Бебешко Т.: Кочевники тоже другое. Кочевник перемещался от пастбища к пастбищу.

Никитин В.: Это если говорить об обычном кочевье. А кочевьях к последнему морю? Это совсем другое.

Бебешко Т.:  Мы здесь как раз приходим к тому моменту, когда мы должны называть.

Из зала: Еще один момент. Слово цивилизация происходит от «цивиль», оно возникло в конкретной среде. В конкретной исторической, логической и культурной. А все остальное это формации.

Бебешко Т.: Если вы обратили внимание, у нас разговор идет о человечествах. И правильнее было бы говорить о человечествах. Я использовал термин цивилизация в данной ситуации только по одной причине, потому что есть в работах известных, которые уже на слуху, словосочетание «цивилизация морей». Украину пытаются назвать, например, цивилизацией перекрестков, государством перекрестков.

Мы подходим к моменту называния, очень важному моменту для всей нашей работы в Институте Человечества. Можно использовать термин «кочевник» и в отношении тихоокеанских человечеств. Можно его использовать и в отношении паломников. Здесь мы должны определить, название «кочевье» является ли оно соответствующим, тому, что мы говорим. Или навигаторы и навигация являются более соответствующим?

Никитин В.: Безусловно «кочевье», то что связанно с маршрутом, а маршрут привязан к территории. Почему мы сейчас это начали обсуждать? Возможно, мы стоим на пороге отказа от территориальной привязки.

Чудновский Ю.: Почему возможно? Мы именно это и обсуждаем.

Бебешко Т.: Принимая множественность миров, мы должны допускать неограниченное их число. Ничем не ограниченное. А, следовательно, знания о каждом из них, получение знания, даже допустимо нереально. Хотя нереальными вещами мы и занимаемся.

Чудновский Ю.: Правильно ли я тебя понимаю, что каждому миру свое человечество. Или человечество и есть то, что делает миры мирами?

Бебешко Т.: Я хочу выдвинуть тезис о том, что миры делают навигаторы. Не креационизм, не демиургичество является основной задачей Человечества.

Никитин В.: Одно дело экспедиция. Экспедиция — это когда ты куда-то прорываешься, указываешь на небывалость, совершаешь открытие. Совсем другое, когда ты строишь новое. Это две совершенно разные вещи. Навигаторы нового не строят.

Бебешко Т.: Нет.

Дацюк С.: Это проводники.

Бебешко Т.: Нет. Проводник знает, куда он идет. Навигатор может по проторенному пути тебя провести. Но изначально навигатор не знает цели, куда он идет.

Дацюк С.:  Зачем ему это?

Бебешко Т.: Такая форма бытия.

Дацюк С.: Любая форма бытия связанна с определенным смыслом. Ему это зачем?

Никитин В.: Можно обратиться к мифологии. Есть «верхний мир». Он представлен нам через звезды и сочетания представлений. Этот «верхний мир» каким-то образом представлен в «нижнем мире». И путешествуя по «верхнему миру», ты открываешь «нижний». Твоя цель не путешествие по земле, а путешествие по миру.

Бебешко Т.:  В любом случае, когда мы говорим в данном контексте о навигаторах, мы не говорим о путешествиях по земле. Навигация тихоокеанская, кочевничья, шаманская – это навигация по земле. Я же говорю о навигации на другом уровне, между мирами. А созданные миры, миры, созданные демиургами, по большому счету есть утилизация…

Дацюк С.: Тут не все так просто. Ты очень быстро «прыгнул» от созданных миров к демиургам. Из четырех форм бытийности, которые мы обсуждали (наблюдатели, хранители, странники и основатели), ты сейчас обсуждаешь скорее странников.

Я могу привести некоторые знания и материал, что взрывообразный рост цивилизации, в разных странах мира, которые принципиально не сообщались между собой, потому что тогда никаких сообщений не было, был одновременный. А именно: рождение древнегреческой философии, рождение буддизма, рождение даосизма в одно и тоже время, это V-VI век до н.э. в разных частях мира.

Значит, были инсайдеры, основатели. Условно это некая неизвестная часть человечества, которая то ли была и еще есть, то ли была и ее уже нет, то ли наблюдает, то ли не наблюдает. Но точно понятно, что за этим могли стоять некие основатели, как некая человеческая предельность, о которой нам мало что известно. Точно так же как о навигаторах. Это странники, это основатели. Две формы человеческой предельности, о которой мало что известно.

Бебешко Т.: То, как я сейчас говорю о навигаторах, это ближе к основателям. Основатели никого за ручку не брали и не говорили: «Я тебе сейчас расскажу». Нет. Это происходило неким образом.

Дацюк С.: Ты хочешь сказать, что это одни и те же?

Бебешко Т.: Это результат деятельности навигации, которая была осуществлена навигаторами. Но я говорю о том, что основная задача тех, которых мы называем основателями, не основывать, это побочный продукт.

Дацюк С.: Это же наше понимание основания. С той же вероятностью я могу сказать, что навигаторы ходили и провоцировали. Например, Сократ: «Что ты думаешь по этому поводу? А по этому?»

Бебешко Т.:  Да, это то, о чем я и говорю. Основатели бросали зерна. И не столько это была не их интенция, это был побочный продукт их путешествий.

Чудновский Ю.: Ты, говоря об основателях, ни разу не упомянул слово «воля». Я пытаюсь пересказать, что ты говорил. Основатели являют волю, а интерпретаторы превращают ее в те или иные онтологии и все прочее. Дело основателя – явление воли. Но это не снимает вопроса не о единстве человечества, ни о том, что основатели, возможно, и есть человечество.

Бебешко Т.: Вот, скорее всего основатели, функции навигаторов.

Чудновский Ю.: Почему навигаторов? Причем здесь навигаторы? Пришел, явил волю, ушел.

Бебешко Т.: Нет, он не пришел – явил волю. Он шел. И те потоки, которые вовлекались вокруг его пути воли, когда я сам не произвожу действие. Непосредственное, целенаправленное некое действие. Но за счет моего «воления»…

Чудновский Ю.: Но ведь навигация — действие осмысленное. Прочувствованное и осмысленное. И в этом смысле, не просто прошел, а понимал куда идет, как идет. Сознательно шел по этому пути.

Дацюк С.: Почему вмешивался?

Бебешко Т.: Кто?

Дацюк С.: Тот, кто шел. Дело в том, что сейчас все больше осмысляющих эти попытки контактов, «волесигналов», приходят к выводу, что концепция невмешательства является базовой для галактических и иных цивилизаций. Поэтому, абсолютно осмысленным является вопрос, почему он вмешивался?

Бебешко Т.: Он не вмешивался. Например, если я начну бежать, очень быстро, вокруг меня пространство уплотнится, время уплотнится, появится какой-то ветер. «Пикник на обочине». Я прошел мимо. Вот это мое движение. То, что вы ощутили от моего движения, от моего прохождения, стало для вас….

Дацюк С.: Понимаешь, ты осуществляешь для меня очень важный вместительный акт. Ты причисляешь этих, условно говоря, существ, к Человечеству. Это значит, что ты попадаешь в традиционализм Рене Генона, утверждая, что примордиальная традиция все-таки была. Или тогда это не человечество, не примордиальная традиция, но тогда это кто-то иной.

Бебешко Т.:  Это инотопы.

Дацюк С.: Считается, что в начале, до того, как мир рассредоточился на разные цивилизации, была одна единая. Называется примордиальная. И тут важен мыслительный шаг. Это уже и было человечество, которое потом пережило это расчленение на разное, или это была какая-то иная, из которой возникли человечества?

Чудновский Ю.:  Я хотел спросить. Того, кто выложил карту на берегу морском, его показательно наказали?

Бебешко Т.: Он один остался. Он уже был наказан, потому что он остался на тот момент, это конец 60-х годов, один живой. Поэтому он позволил себе такое действие. У него там два ученика и все.

Из зала: На мой взгляд, отсылка к полинезийцам здесь была не случайна. Так легче, наверное, понять, что любой социум, любая общность человеческая, она ограничена. Ограничена где-то территориально, но в любом случае она ограничена идейно, способами реализации каждого индивида в этой общности. В моем представлении, то, что вы называете навигатором – это человек, который создает новый тип поведения, новый тип взаимодействия, новые идеи.  Фактически он образец нового.

Он может сам его назвать как-то, может кто-то другой, кто за ним наблюдает, потом все это оформить в слова и донести до других. И тогда, те новые поведения, те новые идеи, которые он принес в этот мир, не существовавшие до него, из-за того, что социум сам по себе не может быть бесконечно разнообразным, придут в мир. Поэтому есть навигаторы — люди, прокладывающие путь к новому. А дальше этот образ уже другие могут разобрать на определенный базисные представления, и тогда уже подключаются демиурги…

Бебешко Т.: Интерпретирующие те сигналы, которые они получают от прохождения навигатора, а не в результате его целенаправленной деятельности.

Из зала: Наверняка навигаторы бывают разными. Наверняка навигатор может давать названия. Наверняка он может выступать и в роли демиурга и того, кто ведет себя иначе. Я бы не ограничивал.

Бебешко Т.: Возможно.

Никитин В.: Смысл в том, что они ведомы. Волей, замыслом, мифом, чем угодно, но не социальными проблемами. Они не решают проблемы социума и поведения в социуме. Они реализую волю, или какой у них там был сигнал, что их подтолкнуло и позвало вести. А то, что люди могут потом это заметить, не заметить, превратить в образец, не превратить в него, исказить, извратить, как угодно.

Из зала: Я бы хотел высказать следующую мысль. Не обязательно человечество должно разделяться по принципу кто-то основывает, кто-то прокладывает. Это все могут быть функции взаимосвязанные. И человечество вполне может оставаться единым, просто роль у каждого своя.

Кто-то один повел себя иначе, кто-то посмотрел, как он себя ведет, осмыслил это, донес до других, кто-то это внедрил, кто-то это воспринял, кто-то реализовал и так дальше это цепочка тянется, но все это человечество.

Никитин В.: Сковорода безусловный странник. Восприняли ли его Украина, и пытается ли его реализовать, большое сомнение. Он, безусловно, странник масштаба Человечества, но социум сделал из него чисто культовую фигуру, ни пытаясь не форму поведения, ни форму мысли усвоить.

Из зала: В этом плане я и ввожу социум. Потому что не всякая идея, не всякая новая форма взаимодействия может прижиться. Только когда социум дорастает в среднем до восприятия того или иного способа существования, тогда могут найти себе применение и странники и демиурги и все, кто с этим связан.

Никитин В.: Мир навигаторов не совпадает с миром социальным. Они могут пересекаться, но не совпадать.

Бебешко Т.:  Я бы попросил вас вернуться к вопросу про социальное в конце. Там будет отсылка к социальному.

Из зала: Навигаторы это человеческое или в физическом мире тоже допустимы навигаторы?

Бебешко Т.: Как всякое находит свое отображение в более низком и в более высоком, и среди «человеков физических», таких как мы с вами, тоже есть отображение, подобие навигаторов.

Дацюк С.: Я считаю, что нужно доказать, что это ближе к сущности человека, чтоб ставить множественный род.

Бебешко Т.: Скажу тривиальным высказыванием: человек всегда стремиться к исследованию, человек стремиться к нахождению нового иного.

Из зала: У меня три коротких вопроса.

Учитывая то, что это новое, и у нас не определен категориальный аппарат, мы привлекаем примеры, и каждый пример, влечет за собой хвост ассоциаций, которые не соответствуют истине. Это так? Первый вопрос.

Второй вопрос. Ближе ли это к сократовскому, что есть отдельные только люди, которые проходят тот путь в пещере, выходят на свет, и только отдельные из них возвращаются назад, чтобы дать путь остальным? Поэтому, имеете ли вы в виду земное и неземное по части навигации?

И наконец, трети вопрос, не навигацией ли мы сейчас занимаемся? Не является ли то, чем мы сейчас занимаемся, примером того, о чем мы сейчас рассказываем?

Бебешко Т.: В прошлый раз у нас был об этом разговор. Начав сомневаться, мы уже начали этим заниматься. Ответ на все ваши три вопроса, да. Это да, новые названия. Да, мы сталкиваемся с тем, что мы называем проблемой называния или этапом называния. Да, это и земное, и небесное, которое находит отражение друг в друге.

Чудновский Ю.: Человечество сообразно своему миру. Миров много. Соответственно человечеств столько, сколько миров.  Миры порождаемы. Сначала волей, явленной навигаторами, потом оформлены способностями основателей.

Дацюк С.: Это в разобщенном низко коммуникативном мире.

Чудновский Ю.: Миры – это миры.

Дацюк С.: Нет, в высококоммуникативном мире, все миры достижимы, пересекаются.

Чудновский Ю.: Пересечение миров, это отдельная тема.

Никитин В.: Я считаю, или мы должны для многих человечеств найти общее место и общее имя, в том числе, откуда мы сейчас на это смотрим. Или нам каждый раз нужно говорить: человечество штрих, человечество два штриха и т.д. Сейчас мы упираемся в то, что, то понимание, которое мы рассматриваем, не совпадает с предыдущими двумя базовыми пониманиями человечества.

Дацюк С.: Я не вижу в чем несовпадение.

Никитин В.:  Не несовпадение. Просто, когда мы теперь говорим, что есть разные человечества, связанные с разными мирами или социумами или чем-то еще. И мы движемся на своем пути к понимаю, что это одно человечество. Это одно человечество не может называться тем же словом, что эти отдельные человечества.

Из зала: Может быть люди, все, во все времена, вообще не имели никакого отношения к человечеству. Просто как идея. Почему?

Потому что, мы сейчас говорим о том, что, как навигаторы, так и основатели, это люди которых посетила некая идея, которые стали на какой-то путь.  Они «словили», одним словом, вдохновение.

Возможно человечество, это не сумма людей, которые построили мир, миры и собираются это делать в дальнейшем. Возможно, это просто эфир, наполненный теми, кто способен его схватить и реализовать те идеи, которые должны быть реализованы здесь, в нижнем мире, продиктованные верхним миром.

Бебешко Т.: Вот поэтому, «схватив по-разному», и проявляем по-разному. А как я проинтерпретировал этот «ветер», «шлейф», который пронесся за навигатором, очень множественно.

Из зала: У меня вопрос. Навигатор – это позиция пятая, предъявляемая?

Никитин В.: Нет.

Из зала: То есть навигатор – это странник?

Никитин В.: Нет. Это определенная конфигурация состояния четырех позиций.

Из зала: Почему?

Никитин В.: Потому что участвуют в разных моментах то одни, то другие. В процессе навигации каждая из этих позиций проявляется по-своему.

Из зала: То есть первичный навигатор?

Чудновский Ю.:  В этой конструкции – первичный навигатор.

Никитин В.: У Ф.Герберта есть такой научно-фантастический роман «Дюна». Там есть каста навигаторов. Они обладали «выращенными» способностями видеть многомерное пространство и в нем ориентироваться. У них тоже карт нет, у них есть способность ориентироваться в многомерном пространстве. Я думаю, что навигаторы, это еще особое умение обращаться с интеллектуальными пространствами.

Чудновский Ю.: Навигатор – это не тот, кто указывает путь другим. Его путем никто не пройдет. Навигатор – это тот, кто демонстрирует идею пути.

Из зала: Нужно еще понимать, что идет путешествие во времени, так? С точки зрения того, что я знаю о цивилистике, то, например, в целом, брожение в украинской среде, еще имеет доцивилизационный уровень. Увы. Потому что там нет определенного субъективного, интеллектуального перехода.

Бебешко Т.: С позиции такой концепции не факт, что мы должны становиться на путь цивилизации. По большому счету, цивилизация, как таковая, ну и государство, держава, форма мономодельности. Мы же здесь априорно заложили принцип множественности и заложили разнообразие.

А, следовательно, здесь мы как раз приходим к любимой нашей с вами теме, приходим к праву. Не к цивилизованности, а приходим к праву в Алексеевском понимании. Там, где право воспринимается как нечто, на что влияют разные факторы, в том числе природного и трансцендентального характера.

Из зала: Я хочу дополнить. Право не наука, это учение, в лучшем случае, и философия. Тут есть одна проблема. Я практикующий юрист. Нам не достает науки, социальной поддержки, внешнего взгляда. Право в ненормативной системе – дурь, фикция, гипотеза.

Другой вариант, право – есть бытие разума. Покажите мне, простому адвокату, что такое бытие разума? У меня формула: справедливость – разумность – добросовестность, как принцип права, цивилистики. Которую никто не читает, не понимает, как конституцию и все остальное, но рассуждает.

Поэтому возникает такая ситуация, для того чтобы перейти в другое качество, из доцивилизационного в цивилизационное. Как мы сейчас. Мы не можем сейчас воспринять верховенство права, чтоб право было над нами командиром, никак мы не можем этого допустить.

Чудновский Ю.: Мы просто не ставим такую задачу. Если бы мы ставили задачу сделать шаг за право, за цивилизацию.

Бебешко Т.: Никто не тянет всех за собой. И это очень важный момент. Достаточно было принять принцип множественности, и это как раз та вторая часть социальная, о которой я хотел сказать. Верховенство права представляют в чистом виде.

Право, как мера постоянно искомая, но никогда не находимая мера справедливости. Что является процессом. А, следовательно, мы можем воспринимать, как то, что существует множественность цивилизационная, и мир цивилизационный, отдельно иной мир, отдельно мир «безладу». Это разные миры, в которых есть достаточно последователей, чтобы жить в каждом из них.

Я не возьмусь и буду протестовать с позиции множественности, судить, что варварский мир должен быть уничтожен, а должен существовать только цивилизационный или иной.  Для меня каждый из них должен существовать, для тех, которые готовы следовать этим конструктам.

Чем значительно усложняется вся задачка, которая стоит сейчас перед земным человечеством, в обычном понимании, а не в нашем понимании этого слова. Потому что мы уже не сможем жить в условиях мономодельной организации, в условиях общежития. Просто не сможем. И чем дальше, тем будет хуже. Поэтому, понимание естественности и неотъемлемости таких сущностей как навигаторы, таких сущностей как основатели, как интерпретаторов тех сигналов, полученных от навигаторов и так далее, и так далее. Оно необходимо для существования множественного мира.

Никитин В.: Понятие права и справедливости – это социальные понятия, а то, что мы обсуждаем не социально.

Бебешко Т.: Это то, что мы сейчас должны четко понять. Есть социальные явления, образ жизни, бытийность. Есть антисоциальные. А есть асоциальные. И все заключается в процессе взаимодействия вот с этих позиций. По крайней мере в этих трех классах.

Из зала: Цивилизационное, не цивилизационное.

Бебешко Т.: Возможны разные названия. То есть, как мы организуем это общежитие, это задача социальная, на социальном плане. Сейчас я попытался озвучить про навигаторов немножко внесоциально, асоциально.

Из зала: То есть внецивилизационной формы организации допустимы, возможны? И с ними, и в них, тоже можно организовывать формы взаимодействия?

Дацюк С.: В том случае, если навигаторы не озабочены мыслью создать свою цивилизацию.

Чудновский Ю.: Они бесцельны.

Никитин В.: Смотря как мы их рассматриваем, как позицию или как людей.

Как люди, конечно могут быть озабочены, как позиция – нет.

Из зала: У них есть последователи, которые в любом случае создадут цивилизацию.

Из зала: Во многих ваших выступления звучит, что человечество – это процесс. Состояние человечество. Первый раз, когда я услышал, что человечество — это состояние, меня это покоробило. Потому что, в моем представлении состояние – это то, чего можно достичь и в нем застыть. А процесс – это то, что всегда изменяется, всегда движется.

Мне ближе, например, человечество как объект, но сейчас, но явно здесь не звучит. Как способ существования, как способ наполнения, восстановления полноты идеальной картины мира и удержания.

Когда я говорю о том, что каждый социум, каждая общность человеческая ограничена, я имею ввиду, что оно не может удерживать всю полноту картины, а только доступные ей какие-то дискретные состояния. Но, для того чтобы заполнить все пропуски, все промежутки между этими состояниями, необходимо другое общество, другая общность, у которой будет иное дискретное состояние. Их совокупность позволяет нам в целом более или менее заполнить вот эту картину.

Бебешко Т.: Есть такая древняя притча про слепых мудрецов, которые щупали слона. Значит там три, четыре, пять, до девяти мудрецов, слепых, подвели к слону и попросили рассказать, кто такой слон. Один пощупал хобот, сказал, что это что-то похожее на шланг. Второй пощупал ногу, сказал, что это что-то типа колоны. Третий бок и так далее, и так далее. Классический вывод из этой притчи: если бы они коммуницировали между собой, то мы бы получили полную, или максимально приближенную картину что такое слон. Но если сложить колону и шланг, то слон не получится. Если сложить стену и хвост, слон не получится.

«Чепушинка» с мировым слоном заключается в том, что, во-первых, он бесконечен, во-вторых он динамически изменяемый. Следовательно, мораль сей басни немного другая: не в коммуникациях дело.

Из зала: Я сказал, что совокупность их, позволяет наполнять. Это не значит, что кто-то способен это сложить, способен осознать.

Бебешко Т.: Вопрос, который у меня возник в связи с навигаторами: подобие навигаторов среди людей? Не среди человечества, а среди людей, в этом мире, который есть. Вопрос, нужны ли они?

Дацюк С.: Первопроходцы?

Бебешко Т.: Нет. Приставка «перво» предполагает, что за ними идут. А я спросил, нужны ли навигаторы?

Никитин В.: Навигаторы не находятся в последовательности, как в смысле первые и вторые. Вот есть некоторый ландшафт. Здесь Сократ, здесь Мо-Цзы, которые, между собой никогда не пересекались. И ты каким-то образом можешь с ними встретиться в своих странствиях, можешь не встретиться. Нельзя сказать кто из них первый, второй и последний. Некоторые всплывают через две тысячи лет и становятся знаменем, социальным движением и так далее.

В этом пространстве, в этом ландшафте, где происходит навигация, оно не описано, оно неизвестно. Но там есть эти острова, этот остров называется Сократ, допустим, или еще что-то. И ты каждый раз заново будешь прокладывать путь, чтобы попасть на Сократа. Ты в библиотеке на него не попадешь.

Бебешко Т.: Если вы позволите, у меня тут осталось немного информации, я закончу. Вы никогда не слышали звучание монохорда? На самом деле есть два типа монохорда. Пифогарийский монохорд – это общетеоретический такой инструмент и так далее. А есть реальный такой инструмент, и там далеко не одна струна, там их может быть много. «Чепушинка» заключается в чем. Основное звучание его, происходит не от звучания струн, а от резонанса, который вызывает резонатор.

Вот поэтому я и использовал игру на монохорде, в применении к навигаторам. На youtube есть несколько физически созданных монохордов. Я видел ролик, где на монохорде больше ста струн, и человек ритмически, по очереди перебирает струны. Просто перебирает струны в одном ритме. Идет два звучания. Идет звучание струны и идет звучание резонанса.

Причем на некоторых инструментах есть часть струн, к которым вообще не касаются, они только резонируют. Вот это второй эффект звучания монохорда в резонансе. Вот тот «ветер» навигатора.  Вот поэтому я и использовал этот образ монохорда. Ведь интерпретацию этого второго звучания, которое вроде бы не основное, а как побочный эффект, но на самом деле, для монохорда, оно основное.

Пифагор использовал это для формирования принципа гармонии, в том числе и музыкальной гармонии. Разделяя одну струну напополам, на треть и так далее и так далее, он создал учение о музыкальной гармонии и гармонии в целом. Но на самом деле, самое интересное это как раз побочное. Вроде бы оно не основное, но в конечном итоге главное. То же происходит с навигатором. Ведь для навигатора сам путь является его целью, его жизнью и он сам есть тем путем.

Для тех, которые находятся вне навигатора, они слышат гул или наоборот, слышат только струны. Мы считаем, что понимаем, что слышим монохорд, слыша звук струн. На самом деле, слушая монохорд, мы слышим гул.

И вот так играют навигаторы. Так проявляется их деятельность, их бытийность. А мы интерпретируем этот вторичный звук и строим свои миры. Поэтому монохорд.

17.10.2017                                                                                                                                          Киев

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

Вы можете использовать следующие HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>