Основание института человечества. Организация

Никитин В.: Раз мы организовали Институт Человечества, значит должен быть план исследования. Этот план можно начинать с трёх разных точек. С тематизации. В изначальном значении – тема – это военный отряд и территория, за которую он несёт ответственность. Тема – это то, за что ты берёшься отвечать.

Второе – это объективация, или выход на объект. Будем заниматься человеком, что есть человек? И начинается объектное обследование этого феномена.

Третий вариант – это вопрошание. Когда ты не хочешь становиться ни на первый, ни на второй путь. Когда ты понимаешь, что никакого объекта у тебя нет и, возможно, никогда не будет. Ты понимаешь, что тематизация не соответствует тому, что ты хочешь сделать. Потому что у тебя меняется территория ответственности, хотя ты пока ещё называешь её тем же тематическим вопрошанием. Вопрошание к чему?

Я вопрошать буду к некоторой картине, на которой зафиксирован смысл, который мы уже обсудили. У меня две части сегодня: первое – это исследования на этой картинке, которую мы в прошлый раз зафиксировали, и второе – это расширение человечества до «ойкуменистического» человечества.

Первая картина: мы зафиксировали, что есть путь человечества. Здесь некто на этом пути, вошёл на этот путь. А по нему прошло и идёт много людей. Хоть мы рисуем на плоскости, нужно понимать, что это четырёхмерное изображение. Есть некоторая организованность, по отношению к которой, это путь, куда смотрит с этого пути. И за счёт того, что вышел из этих организованностей социум и всякие другие типы. В прошлый раз мы договорились не ограничиваться социальным бытием человека, мы допустили, что есть и другие организованности, которые нужно учитывать и рассматривать. И в результате рождается Иное. Результатом движения по пути Человечества, по отношению к ситуации с организованностями, или их там противоречиями, конфликтами и т.д., рождается Иное. Это было базовой структурой. При этом понятно, что этих иных будет некоторое количество. И каждый раз захватываются разные наборы организованностей. Отсюда возникают вопрошания. К элементам этой картинки, к их связям. Здесь возникают некоторые ландшафты

Первое вопрошание – к ландшафту иных. Или, так как мы говорили, Иное – это состояние, то возникающий ландшафт иных – это состояние «многоинаковости». И тут возникает несколько вопросов: Как этот ландшафт строить? Каким образом мы видим много иного? Мы что, их превращаем в одно пространство? За счёт чего мы можем работать со многими иными?

Из зала: За счёт отстройки от наличного.

Никитин В.: Это понятно. Мы туда выходим за счёт отстройки от наличного. Мы со многими иными работаем в пространстве выхода за наличное. Пока можно предположить, что каждый раз строится навигация человека, который проходит через этот ландшафт инаковости. Я, находясь там на пути, через этот ландшафт могу проходить.

Из зала: Это иностранствие. Но может быть случай не иностранствия, а залипания в одном Ином.

Никитин В.: Я сейчас не даю ответов. Я говорю, что эти вопросы нужно поставить. Что есть такой вопрос, есть варианты ответов, которые можно положить рядом. Потому как мы уже своим опытом кое-что проверили. Мы уже знаем, что туда можно устроить экспедиции. Мы уже знаем, что можно играть с сущностями в этом пространстве. Но это пока эмпирические ходы. Вопрос принципиально о существовании «многоинаковости» не поставлен.

Второе: каким образом, собственно говоря,  мы двигаемся по этому пути? Как движение организовано? То, что мы отстраиваемся от наличного, это условие. И здесь я бы тоже прямо не отвечал, потому что если мы говорим, что это прямо не происходит, то происходит каким-то образом.

И третий вопрос: откуда мы это видим? С какого места мы видим этот ландшафт? Или мы каждый раз только проходим через него и переживаем.

Из зала: Нет. Ходить мы там не можем. Но мы точно из предела можем обозревать.

Никитин В.: Предел — это один из вариантов ответа. Путь – это предел. И это один из вариантов ответа, но не единственный.

Второй вопрос про это место. Путь Человечества. Смотрим ли мы из фокуса, из точки на пути, из пространства социума, откуда путь Человечества вообще виден? Каким образом мы можем его отфиксировать, понять? Как на него войти мы уже можем себе представить. Но как представить его другим?

Третий вопрос о человеке. Что это за человек? Простые ответы были несколько раз уже даны, ещё в движениях по пути. Божий человек, экономический, моральный. Потенциальный человек.

У нас появился вопрос, что такое человек-человечество, а учитывая ещё вторую часть, что такое человек-ойкуменистическое человечество? Понятно, что это принципиально другое понятие человека, чем, например, человек экономический. Но что за человек ойкуменистический – это тоже вопрос. И вот на этой элементарной схеме мы уже зафиксировали некий набор вопрошаний, который я, если принял эту картинку, могу положить в основу развёртывания исследований. Потом появится фиксация, тематизация и т.д. А пока возник первичный набор вопросов. При этом понятно, что каждый из основателей может построить свой принцип и картинку вопрошаний. Я отнёсся к тому, что мы в прошлый раз обсудили. Мне представляется, что некоторые из вопросов, которые я задал, являются продуктивными. В том смысле, что они могут породить некоторое движение, которое не было еще никем инициировано.

Из зала: Первый вопрос, откуда видно Человечество?

Никитин В.: Что есть ландшафт Человечества? Второе – откуда виден путь и как виден путь Человечества? И третий, что значит человек, вышедший на этот путь, сегодня в нашем понимании Человечества.

Из зала: Должен быть ещё четвёртый вопрос: зачем?

Никитин В.: Зачем? Нет там пока ещё этого вопроса. Он появляется позже.

Чудновский Ю.: Я бы сказал, что в отношении человечества, он не появляется никогда.

Никитин В.: Он появляется на стыке между человечеством и социумом. Как нам вчера объясняли в университете сингулярности, золотое правило маркетинга работает сейчас железно: зачем, как и кто? Или что? Что у них на последнем месте, так как у них инструментальная ориентация, поэтому у них «как» предшествует «что». Вот первая часть, которую я хотел изложить.

Чудновский Ю.: Правильно ли я понимаю из этой части, что путь человечества обсуждаем только совместно с понятием иного или иных? Вне понятия иного пути человечества нет.

Никитин В.: Вне понятия «многоинаковости» нет пути человечества, для меня.

Чудновский Ю.: Сначала иного, потом многоинаковости. Значит, уже с этим надо разбираться, потому что это неочевидное утверждение и не артикулировано в прошлый раз.

Никитин В.: Всё, что я сказал, неочевидно. Иначе, это были бы не вопросы. Точно также это бессмысленно обсуждать без этой области. Я хочу сейчас перейти ко второй части. Ты это пометь. Потому что нам сейчас важно, если мы разворачиваем институт, получить некоторое поле и способ вопрошания. Не важно, что я сказал, важно, что я начал вопрошать.

Чудновский Ю.: Тогда я по-другому задам вопрос. Можно ли обсуждать ландшафт Человечества вне связи с социальной организацией?

Никитин В.: Сейчас я скажу, что нет. В следующей части я скажу, что да.

Чудновский Ю.: Я имел в виду, что путь Человечества можно обсуждать как сплетение нитей мышления (как обсуждает это Преслегин). И «мыслеткачество». Вообще без привязки к социальной организации.

Никитин В.: Я уже начал различать. Человечество и предел мыслимости. То, что говорит Переслегин, не к человечеству относится, а к некой субстанции мыслимости.

Чудновский Ю.: Человечество и есть субстанция мыслимости.

Никитин В.: Не только.

Чудновский Ю.: По крайней мере, эту позицию можно зафиксировать. Твоё «не только» мне представляется сильным утверждением, с которым я не согласен. Я бы сказал только.

Дацюк С.: Мы очень вольно меняем человек и человечество. Человек – это сущность. А человечество – общность проявленной сущности. Человек не разворачивается, разворачивается Человечество. А человек бытийствует в своей сущности. Сущность неизменна, она уточняется, усложняется.

Никитин В.: Тут я сделал ошибку, исправляем. Понятие человека и смена понятия человека относится сюда. Это смена представления о человечестве в социуме. А там нет никакой сущности, никакой субстанции человека.

Чудновский Ю.: Поэтому путь Человечества – это не материально-вещественная дорога, по которой движется материально-вещественная сущность. Это потенциальное состояние и вот эта последовательность – это смена потенциальных состояний или смена актуальных потенциальностей.

Из зала: «Инаковость» — это помысленная потенциальность. Проявление её по сути, предъявление, актуализация.

Чудновский Ю.: Эта потенция попадает во время. И тогда она связывает всю картинку. То есть тогда мы заходим каждый раз в линейное время, связывая всю картинку на какой-то актуальный промежуток времени.

Дацюк С.: У вас третий способ – вопрошание. Я могу предложить ещё четвёртый – придумать. Придумывание включает в каком-то смысле вопрошание, но не сводится к нему. Придумывание, полагание, мечтание, изобретение…

Никитин В.: То есть вопрошание – это как следствие.

Чудновский Ю.: «Человеки»  находятся только в социальной организации, выше того, что нарисовано, находятся уже не люди, а потенциальные состояния.

Никитин В.: В которые некоторые люди попадают.

Чудновский Ю.: Растворяясь в них и переставая быть человеком; лишаясь части  атрибутов человека.

Из зала: Потенция, проявление во времени и связывание. Увязывание потенций воедино или как? Или это связывание сущности в отношении к этой потенции?

Чудновский Ю.: Пустота, как мы много раз обсуждали, это предельная потенция. Может быть всё или ничего. Но актуализация потенции – это резкое сужение границ возможного до актуального. Потому что актуальное – это точка на временной оси. Оно актуально, потому что привязано к определённой точке на линейной временной оси и даёт возможность социализации или соорганизации. Линейное время – самый сильный инструмент социальной организации. В отличие от других видов времён, которые могут разворачивать другие потенциальности.

Из зала: Всё из чего состоит?

Чудновский Ю.: Из пустоты и состояний.

Никитин В.: Сейчас я постараюсь нарисовать другую картинку, где пределами является творящая пустота.

Чудновский Ю.: Пределы появляются при актуализации.

Из зала: И в этом смысле Иное – это помысленная потенция.

Никитин В.: Творящая пустота – это потенция потенций. Я буду рисовать в данном случае картинку уровневую, которую зажимают с двух сторон: снизу – непознанная бездна.

Чудновский Ю.: Откуда взялось познание у нас в этой картинке?

Никитин В.: Непознанная бездна — непроявленная, непостигнутая. Есть нечто, что на нас действует, но мы не можем с ним разобраться.

Я бездну и пустоту развожу.

Мы ввели три слоя. Здесь находится промышленная на ландшафте «инаковости». Это нечто сотворенное. Вот здесь процесс творения, на этом уровне является ведущим. В этом смысле нет человека творящего, есть творящее Человечество (в данном контексте). В которое ты можешь попасть, и через тебя идёт творение.

Чудновский Ю.: Вхождение в Человечество – это потеря неких человеческих атрибутов. В этом смысле человек творящий – не человек.

Никитин В.: Это имя. Оно привязано к имени, оно не привязано к субстанции.

Из зала: Оставь имя. Творящее имя человека – вот так будет красиво.

Из зала: Как по мне, здесь надо говорить уже не о процессе творения – это демиургика. Это демиургический уровень.

Никитин В.: Ты понимаешь,  я не уверен, что в данном случае применимо слово мир. Что мир вообще относится сюда. Я слово «ландшафт» употребил так, чтобы не употреблять многомерие и всё прочее.

Из зала: Я говорю про демиургию в этом варианте, а не про творение.

Из зала: Творение – категория не личностная.

Из зала: «Бытийствующие сущности» как «человеки» и «творящие сущности» как демиурги. Слово «сущность» остаётся и там, и там.

Из зала: То есть разделение на бытование и творение. Что есть в имени? Есть некоторая связность, вокруг чего это имя артикулируется. Почему именно это имя?

Никитин В.: Имя – вот как на карте, написано «Америка», в ландшафте в этом есть надпись, сократик.

Из зала: С именем здесь, действительно, сложность. Мы именуем по творению. Потому что творец уходит, а творение остаётся.

Никитин В.: Сократ задал некоторый способ мыслимости (сократик). Это место. Точнее состояние. Ландшафт состояний, я пока себе трудно мыслю. Но полагаю, что такое может быть. Сократу приписано состояние вопрошаний. Это то, что от него осталось, что надо задавать вопросы. Потом это вопрошание повторил Кузанский. Потом следующие вопрошающие вплоть до Бердяева у нас. Они этот кусок ландшафта как-то возделывают. Аристотелики другой кусок ландшафта возделывают.

Из зала прозвучал вопрос о соотношении в обсуждении мужского и женского начала.

Из зала: Мы говорим про пустоту и бездну как  источники или начала, из которого черпают всё проявленное.

Никитин В.: Между которыми есть потенция, потому что они разные. Потенция между ними возникает за счёт того, что пустота и бездна различны.

Из зала: То есть бездна – это женское начало? А пустота – мужское.

Никитин В.: Родящая, природная и всякое такое прочее. Это то, что мы не можем понять, непостигнутая, хаотическая.

Из зала: А пустота пола не имеет?

Из зала: Пустота андрогинна по условию задачи, двупола. Или никакая.

Из зала: Я понял так, что есть некая пустота, как потенция потенций, затем идёт актуализация потенций, а затем проявляется то, что вы описали: промысел и, соответственно, творение. В этом плане, вы говорите, человек не может быть творящим, а может быть только Человечество. Я так понимаю, что человек является лишь способом отклика на актуализацию, проявляющуюся внутри Человечества.

Никитин В.: Некоторые люди могут это сделать.

Чудновский Ю.: Не человек, а личность. Сущность, творящая сущность и бытийствующая сущность (человек).

Из зала: То есть любое творение вы свели к отклику на запрос человечества?

Никитин В.: Нет. Это внутри состояния Человечества. А это отклик на зов творящей пустоты.

Чудновский Ю.: Актуализация – не значит ответ на запрос. Это не из-за мотивации, не из-за причин. Это некий человек вошёл в состояние Человечества и почему-то некую мысль актуализировал. Не в виду запроса.

Из зала: Когда мы говорим про человечество, мы отнюдь не имеем в виду homo sapiens sapiens. Мы говорим о совершенно ином. Некоторые представители вида homo sapiens sapiens могут войти в состояние Человечества.

Никитин В.: Мы уже давно предположили, что туда могут войти и другие сущности, а не только человек. Мы не отрицаем, что в какой-то момент искусственный разум тоже сможет это сделать.

Чудновский Ю.: Линейное время возникает только в момент актуализации. Соответственно и история, и генезис и всё остальное – это происходит в миг, момент актуализации. И путь разворачивается в момент актуализации. Или переактуализации.

Пронин О.: Утверждение одно мне мешает: «Творящая сущность – это человечество». Вот было же разделено: бытийствующая сущность и творящая сущность.

Чудновский Ю.: Это два состояния Человечества.

Никитин В.: Второй слой – это созданное. И здесь есть кипение социума. И его отражение, постижение, где мы получаем из этого кипения некоторые связности. Это социальный слой, даже кипение социальности. Большинство тех, кто писали про этот слой, утверждают, что человек – существо историческое.

Из зала: Просто история позволяет оставить имя.

Никитин В.: И связности, в которых это имя начинает звучать. Например, ты король, и через твоё имя связано Французское королевство в такое-то время. Это один способ создания организации социума.

Есть третий, нижний слой – это познанное, постигнутое. Это то, что каким-то образом, «природные» миры, размещают на некоторой линии генезиса, эволюции. Это работа с сущностями природными. Сюда можно отнести и космос, и начала мужские и женские.

Чудновский Ю.: Это область закона, законосообразности.

Никитин В.: Теперь я делаю волевую процедуру. Движение через эти три слоя порождает ойкумену. Удерживание трёх слоёв порождает ойкумену. То, что составляет движение человечества, в другом смысле, не в том, который вверх.

И тогда я перерисую эту картинку дважды. Один раз на плоскости, другой раз я сделаю вид сбоку.

В центре находятся «природные» миры. В том числе космические и все прочие. И тут на границе находится их выделение. Здесь у нас находится социальность, её границами являются вот эти смыслы, которые порождены Человечеством. Вот здесь границы  человечества, здесь пустота, здесь бездна, и каждый раз разные сечения – это разные состояния вот этой ойкумены. Если говорить не о плоскости, оно вот таким вот образом может рисоваться. Причём здесь действительная бездна, здесь пустота, где идут эти продвижения.

Если говорить о другой картинке, всё время ойкумена движется, расширяется, она не сужается никогда. За счёт того, что верхний слой Человечества этот ландшафт в состоянии удерживать, даже если социум съёжился. И поэтому функция Человечества не только удержать социум от распада, но расширять и удерживать ойкумену.

Ойкумена развёртывается, никакого прогресса нет. Нельзя сказать, что состояния меняются к лучшему или к худшему.

Из зала: Но она, с твоей точки зрения, должна расширяться, а это уже точное указание на единственный вектор.

Никитин В.: Ойкумена движется. Она каждый раз делается по-другому. И все состояния ойкумены живут одновременно.

Из зала: Это твои фокусировки, а не состояние естественного объекта под названием ойкумена. Никакое представление о движении не может быть применено в обсуждении человечества.

Никитин В.: Для меня это освоение ландшафта «инаковости». В ландшафте мы прошли разные пути, мы их зафиксировали.

Из зала: Разные человечества создают разные ойкумены.

Никитин В.: А я говорю, что это остаётся следом, в верхнем ландшафте. В ландшафте Человечества зафиксированы разные формы проявленной ойкумены.

Вот и здесь, соответственно, у нас изменилось. Было «социоориентированное» представление о функции человечества, а мы его сделали «ойкуменоориентированным».

Из зала: «Ойкуменистическое» означает только одно – наличие разграничения между освоенным и неосвоенным.

Из зала: А что внутри степени освоенности – это другой вопрос.

Никитин В.: Мы столько говорили о том, что такие феномены как «человечество» описываются только в многомерных пространствах, их невозможно изобразить на листе бумаги.

Чудновский Ю.: Здесь есть только одна процедура — фокусировка. Не генезис.  Фокусы не имеют между собой генетической связи, нет хронологического развёртывания. Нет ни одного объекта, который может быть сопоставлен с предыдущим и является его генетическим продолжением. Они разные.

Из зала: Но здесь есть один момент. Сопоставление может провести только осознающая сущность. И тогда «глагол» фокусировка не единственный.

Никитин В.: Если мы попадаем в Иное, мы из этого иного каждый раз что хотим, то видим. Фокусировка происходит через «инаковость». А социум, в исторической этой парадигме, можно сравнивать и класть рядом. А в верхнем слое это не проходит.

Чудновский Ю.: Путь человека здесь – это путь от бытийствующей сущности к творящей, и обратно. Вот здесь в этом разговоре – это и есть предел человека.

Из зала: Внизу – это женское начало. Бездна, которая рождает из себя. А сверху пустота, которая требует творца – это мужское начало.

Никитин В.: При этом это не относится ни к мужчинам, ни к женщинам. А к началам.

Ни одна традиция – ни философская, ни научная, ни методологическая не охватывает то, о чём мы говорим. Для меня всё, что выходит в верхний слой необозначаемо.

Первый вариант, который предлагает Сергей – мы пульсируем в конференцию. Второй вариант – мы живём в семинарском режиме, когда кто-то из основателей в первую очередь.

Чудновский Ю.: Для меня ещё одной формой практикования Института Человечества является то, о чём говорил Женя. Это совместное молчание, специально организованное.

У меня вопрос, будем ли мы вводить тематизацию?

Никитин В.: Я настаиваю на продолжении вопрошания. Рано вводить тематизацию.

Чудновский Ю.: Возводя в принцип последнюю фразу Владимира Африкановича, Я понял это так: Институт Человечества не должен заниматься ничем, никогда и не в каких формах, кроме вопрошания.

Никитин В.: У нас организационная структура, как и Человечество, не имеет линейной развёртываемости. У нас есть пространство вопрошания – это институт человечества. У нас есть пространство оформления – это КДКД и ФФФ. И у нас в каких-то формах продолжает существовать пространство коммуникации – это КДКД в каких-то других формах. У нас три принципиальные формы, которые мы не хотим смешивать.

Дело в том, что должна быть фокусировка. Здесь у нас фокусировка на исследовании, на вопрошании. То, что здесь можно уже оформить мы выносим туда, где будут подиздания, прикладные исследования появятся, где мы эти наработки можем применить. И есть пространство условное КДКД. Нам нужно вот это ядро, мы к нему стремимся.

Чудновский Ю.: У нас есть уже некоторые организационные намётки (5 форматов нашего существования): беседа, игра, молчание или комбинации этих трёх, конференция, переписка. Но я бы продолжал настаивать, что для Института Человечества все эти пять форматов должны фокусироваться на вопрошании. То есть вообще жанр работы института человечества – это вопрошание. Ничего больше.

Из зала: У меня вопрос. Где место искусственного интеллекта на этой схеме?

Никитин В.: Везде и нигде. Я же сказал, что мы не отрицаем, что кроме человека могут возникнуть другие сущности.

Из зала: Для человечества при этом никакой опасности нет?

Никитин В.: Опасность в социальном слое. В социальном слое он может уничтожить человека как социальную организацию. Появится социальность искусственного интеллекта.

Из зала: Сергей нас давно учил, что понять Человечество изнутри невозможно, только в столкновении с нечеловеческими организованностями.

Из зала: Есть состояния, которые принципиально не доступны человеку, который живёт в социуме. Даже если он себе представляет, что он вышел в них, они всё равно остаются для него недоступными. Вы хотите заполнить эту недоступную из социума область состояний?

Никитин В.: Мы хотим выйти в неё и исследовать.

20.09.2017                                                                                                                                      Киев

Всего комментариев: 0

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован.

Вы можете использовать следующие HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>